Библиотека

Это статья, запрещенная к публикации цензурой и вышедшая в свет только через четыре года после написания. В своей статье Аксаков обращается к русским былинам с целью рассмотрения не самих исторических явлений, а взгляда народа на происходящее. Автора более всего интересует, что поразило народную память и воображение.

«При переводах вообще и в особенности при переводах древних писателей надобно поступать осторожно. Верность – вот достоинство переводчика, но она вполне соблюдается только там, где она не доходит до рабства (рабство всегда и везде вредно) и не производит темноты; в противном случае, даже и цель: перевести верно – не достигается, ибо для читателя пропадает сам переводимый автор, как скоро перевод, от рабской верности, становится темен и непонятен…»

В этом труде Аксаков утверждает, что литература в России существовала и развивалась еще до Петра I, и именно тогда она была исконно русской. А после того, как император открыл окно в Европу, все литераторы, как пишет Аксаков, столпились у решетки этого окна и стали с жадностью прислушиваться к тому, что долетало до их слуха с Запада. 

«Наконец, после бесплодных увеселений, наступило строгое время, время, в которое должен очиститься человек от всех дрязгов своей личности, от мелочи дел своих, чтобы встретить достойно великий праздник Воскресения Спасителя…»

Литературно-критическая статья, состоящая из трех частей. В первой главе Аксаков критикует произведение В.Ф. Одоевского «Сиротинка» за неправдивое и презрительно-снисходительное изображение автором крестьянства. Вторая часть статьи посвящена труду А. Никитенко «Опыт истории русской литературы». Аксакова возмущает проевропейская позиция автора, его высокая оценка деятельности Петра I. В третьей главе К.С. Аксаков дает не очень высокую оценку первому роману Ф.М. Достоевского «Бедные люди». 

«На бой! – и скоро зазвенит Булат в могучей длани, И ратник яростью кипит, И алчет сердце брани!..»

«Россия!.. Какие разные ощущения пробуждает это имя в целом мире. Россия, в понятии европейского Запада, – это варварская страна, это страшная, только материальная сила, грозящая подавить свободу мысли, просвещения, преуспеяние (прогресс) народов…»

«Прошу позволения предложить некоторые мои соображения, касающиеся правил избрания в действительные члены Общества любителей российской словесности. По моему мнению, должно ясно определить, кто именно имеет право быть предложенным в члены Общества любителей российской словесности…»

«Всякое сколько-нибудь замечательное или сильное явление имеет своих, часто неудачных подражателей. В последнее время нашей литературы Лермонтов был таким явлением и также увлек за собою многих неудачных подражателей; к их числу принадлежит и г. Тургенев, сочиняющий, подобно Лермонтову, и в стихах, и в прозе…»

«Было время, когда у нас не было публики „Возможно ли это?“ – скажут мне. Очень возможно и совершенно верно: у нас не было публики, а был народ. Это было еще до построения Петербурга. Публика – явление чисто западное и была заведена у нас вместе с разными нововведениями…»

«Публицистические статьи» - публикации К.С. Аксакова в газете «Молва» за май — июнь 1857 года. За это время газета опубликовала шесть статей Аксакова. Главная тема работ — Россия, ее мировое значение, собственный исторический путь. Автор также подчеркивает цельность и нравственные идеалы простого русского народа, или просто народа.

«В деревне журналы доставляют большое утешение: они заменяют, хотя отчасти, какое ни есть столичное умственное движение. И надо сказать, увесистыми журналами угощают нас журналисты, рассчитывая, что чем больше будет чтения, тем охотнее станут подписываться, – и вот они суют в свои книжки целые романы и по совести не заботясь о том, что романом часто заслоняется журнал, что множество разнородных не журнальных статей превращают журнал в книжный магазин и лишают его легкого, быстрого и подвижного, но часто могущественного влияния. Впрочем, других журналов, вероятно, нам не нужно, если их нет…»

Статья состоит из нескольких частей: «Литература предыдущей эпохи», «Литература современная» и «Новейшие направления нашей литературы». Аксаков с восхищением говорит о поэтах предыдущей эпохи — Болтине, Шишкове, Грибоедове, которые считали, что русская литература должна оставаться самобытной, утверждали, что преклонение перед всем европейским есть зло.

«Недавно одно выражение, употребленное в объявлении о «Русской беседе», подало повод к нападениям и толкам…»

«Среди множества повестей, поставляемых в журналы, редко встречаются такие, на которых бы внимание могло остановиться долее того времени, какое нужно на прочтение их. Хотя бы повесть была подписана и известным именем в литературе, – все же заранее знаешь и приемы, и направление, раз высказавшиеся, знаешь весь состав повести и даже относительное количество входящих сюда составных частей, – так что никакого труда не стоит тут же разложить химически создание современного сочинителя повестей и романов, потому именно, что это не создание, а состав, сделанный с большою ловкостью и изредка с талантом…»

Речь, написанная К. С. Аксаковым для произнесения перед симбирским дворянством, которое пожертвовало деньги на установление памятника Карамзину в их городе. Аксаков в своем выступлении подчеркивает особую роль литератора и историка в том, что он после того, как Петр I ввел моду на все иностранное, вернул русскую мыслящую интеллигенцию к народу, источнику национальной самобытности. 

Статья, в которой автор говорит о необходимости освобождения русской интеллигенции от влияния Запада.

Сборник литературно-критических и историко-литературных трудов К.С. Аксакова и И.С. Аксакова о выдающейся роли в русской истории и литературе Михаила Васильевича Ломоносова. Братья Аксаковы отмечают гениальность Ломоносова во всех науках, которыми он занимался, и приходят к выводу, что во всей своей многообразной деятельности Михаил Васильевич — поэт. 

«Человек, живущий в какой бы ни было сфере, но только наполняющий ее, уже представляет явление живое, полное, конкретное; на него можно смотреть с удовольствием, как бы ни ограничен был круг его жизни…»

«Отношения отеческие к детям, нежные и прекрасные сами по себе, – в браке совсем не у места, и тот брак странен, где муж смотрит на жену с отеческим чувством, как на ребенка, а жена любит мужа любовию детскою…»

«Гоголя нет!.. Грустно и тяжело! Нет великого художника, и нет великого создания, им недоконченного. С именем Гоголя, с его великим поэтическим трудом связывались все надежды, все будущее нашей литературы…»

Аксаков больше всего ценит в произведении великого писателя детальное изображение русского быта, нравов, жизни крестьян. Сергей Константинович сравнивает Гоголя с Гомером по широте изображения всех слоев общества.

Исторический труд К. С. Аксакова, главная мысль которого заключается в том, что Россия — самобытная страна, совсем не похожая на европейские страны. А потому, по мнению автора, русской государственности чужд строй, навязанный Петром I. 

Статья К. С. Аксакова, посвященная книге, считающейся гордостью русской исторической науки. Главные моменты, которые выделяет Аксаков из труда Соловьева, — это взаимоотношения славянской общины и государства. 

В этой статье Аксаков отстаивает мысль, что венец искусства — это поэзия, та сфера, в которой народ живет высшей духовной жизнью. Но современная литература, и поэзия в частности, по мнению автора, зрелище плачевное. К. С. Аксаков считает это следствием влияния литератур европейских стран. 

«Трудно себе представить более неприятное и даже оскорбительное впечатление, какое овладевает при чтении этой драмы. В драме выведено весьма нравственное лицо, крестьянин Ананий… Отчего же бы, кажется, возмущаться? Кажется бы, – напротив!..»

Статья К. С. Аксакова, вышедшая после рецензии В. Г. Белинского на брошюру Константина Сергеевича «Несколько слов о поэме Гоголя: Похождения Чичикова, или мертвые души». 

«Запрещена русская национальная одежда русским дворянам. Но разве дворяне не русские люди? Неужели хотят их убедить в том?..»

Литературно-критическая статья К.С. Аксакова о тенденциях развития русской литературы второй половины XIX века. Аксаков отмечает как положительный момент обращение писателей и поэтов к изображению жизни простого народа, главным образом крестьянина. 

В XX веке русская литература воплотилась — в ней появилось человеческое тело, отсутствующее как таковое ранее. Острое и ускользающее чувство телесного самоприкосновения нашей великой литературы и попытался сохранить Владимир Сорокин, составляя данную антологию.