Петр III Романов остается противоречивой фигурой. Его обвиняли в эксцентричности и психических проблемах, но Елизавета I, окруженная опытными чиновниками, долгое время считала его кандидатом в императоры.
В России не было четкого механизма передачи власти после казни царевича Алексея. Выбор преемника зависел от мнения генералитета, который не допустил бы к власти психически больного человека. Многие дореволюционные историки (как, например, С.М. Соловьев и В.О. Ключевский) негативно оценивали Петра III, изображая его грубым и ограниченным. Н.М. Карамзин был сдержаннее, указывая на предвзятость источников.
В поздний советский период образ Петра III стал пересматриваться в положительную сторону. Современные Историки Мыльников и Омельченко считают Петра III крупным реформатором, чьи либеральные преобразования (Манифест о вольности дворянства, упразднение Тайной канцелярии) были прерваны заговором. Каменский же считает его реформы слишком радикальными. Петра III критикуют за преклонение перед Пруссией и заключение мира с ней, что, по мнению многих, противоречило интересам России.
Семилетняя война велась между Англией и Францией за передел мира. Россия оказалась в блоке с Францией через альянс с Австрией, а Пруссия - с Англией через связи с Ганноверским домом. Агрессии Пруссии против России не было.
24 апреля (5 мая) 1762 г. заключается Петербургский мирный договор, по которому Россия в одностороннем порядке выходит из Семилетней войны. Пруссия, как считают многие историки и не только, находилась на грани краха.
В начале 1762 г. все войска Прусского королевства насчитывали 118 000 человек при 299 полковых пушках и 3631 тяжелых пушках (осадная и крепостная артиллерии). Россия, согласно взятым на себя перед Францией обязательствам, должна была выставить против прусского короля 100 000 солдат и офицеров. В 1761 г. Россия отправила на войну 77 000 чел. под командованием Бутурлина и Румянцева. Связано это было со сложностью снабжать на большом отдалении от западной границы более 100 000 чел.
После смерти Елизаветы I Пруссия предложила перемирие. Русское командование, планируя операции против Пруссии, уже в марте 1761 г. учитывало возможное перемирие. Локальное перемирие до мая 1761 г. было заключено между пруссаками и графом Тотлебеном из-за трудностей снабжения русских войск в Померании. Русские генералы считали королевскую армию (50 000 чел.) опасной из-за малого количества линейной пехоты в русской армии (помимо этого, у пруссаков были еще отдельные корпуса и гарнизоны).
План кампании 1761 г. предусматривал действия по двум направлениям (Кюстрин и Кольберг) или в Силезии с австрийцами. Из-за истощения Австрии выбрали первый вариант, стремясь навязать Фридриху Великому генеральное сражение. Корпус Чернышева (26 000 чел.) был направлен в Силезию, которая стала вспомогательным направлением. Разделение сил союзников (России и Австрии) сыграло на руку Фридриху, который избежал в этом году генерального сражения и накапливал силы.
Кампания 1761 г. финансировалась за счет контрибуций с Берлина и Кенигсберга, а также сборов в Москве (но берлинская контрибуция скоро должна была закончиться). Русские войска взяли Берлин 28 сентября 1760 г., пока Фридрих II воевал в Силезии. Командующий Салтыков отступил за Одер из-за проблем с логистикой, поэтому полного разгрома Пруссии в 1760-1761 гг. не произошло. 15-16 июля 1761 г. прусско-английские войска разбили французов при Фелинггаузене, что дало Пруссии свободу действий против России и Австрии. В конце декабря 1761 г. корпус Румянцева взял Кольберг после четырехмесячной осады, но этот город-крепость в Померании требовалось защищать от возможного контрнаступления пруссаков.
Петербургский договор Петра III ссылался на традиции хороших отношений с Пруссией, заложенные Петром I, когда Швеция была общим врагом. Россия оказалась в союзе со Швецией и Францией из-за политики Бестужева-Рюмина, а с Австрией — из-за Турции. Екатерина II позже столкнулась с противодействием Вены полной победе России на Балканах. Польша, хотя и помогала России со снабжением, видела в поражении Пруссии усиление своих позиций. Союзники России в Семилетней войне были ненадежны. Петр III вернулся к политике Петра I: сотрудничество с северогерманскими государствами против Швеции, сближение с Англией (противницей Франции) и осторожное отношение к Австрии, чьи интересы расходились с российскими. Англия также была важным торговым партнером. Екатерина II продолжила эту линию, поддерживая хорошие отношения с Фридрихом II, особенно по польскому вопросу.
За ускоренным заключением мира с Пруссией скрывался еще один очень важный мотив в политике Петра III - он хотел вернуть герцогство Шлезвиг-Гольштейн, которое принадлежало его династии - Готторпы - но оказалось под контролем Дании . Для России это означало в случае возврата Готторпами власти в этом герцогстве унию с одним из немецких государств, именно уния как система равноправных отношений, а не простое вхождение в состав Российской империи, как это в случае с землями остзейских немцев при Петре I, включая герцогство Курляндское. Уже в марте 1761 г. Дании был предъявлен фактически дипломатический ультиматум, когда русская армия стала готовиться к новому походу, но для этого надо было получить транзит через Пруссию и, соответственно, мир с последней.
Петр III, преследуя династические интересы Готторпов, готовил войну с Данией. Его пренебрежение русскими традициями и обычаями, а также единоличное правление, вызвали недовольство дворянства и аристократии. Несмотря на потенциальные экономические выгоды от войны (контроль над Зундом, порты в Германии, технологии), она обещала новое засилье немцев во власти, что напоминало времена Петра Великого. Петр III приблизил ко двору родственников и соратников из Гольштинии, включая Бирона, вернув его из ссылки. Это вызвало резкое неприятие у старой аристократии и гвардии, возведшей на престол Елизавету Петровну как противницу "бироновщины". Русские полководцы, такие как Салтыков и Бутурлин, были отстранены от командования, а Шуваловы - от двора.
Созданный Петром III государственный совет (правительство) состоял из девяти человек, но четверо из них были иностранцами, высшее командование армией осуществлял сам император и выходцы из Гольштинии, коллегия иностранных дел также передается гольштинцу. Канцлер Воронцов сохранил свою должность при новом монархе, но его влияние на русскую внешнюю политику стало минимальным . Но Дмитрий Васильевич Волков сохранил сильную позицию при дворе, поскольку многие гольштинцы плохо владели русским языком, а Волков был посредником между новым монархом и русскими чиновниками. Генерал А.П. Мельгунов также пользовался доверием императора, но в основном в силу того, что владел немецким языком.
В июне 1762 г. Петр III заключил военный альянс с Пруссией, которая обязалась помогать ему отвоевывать земли Готторпов . Воронцов и другие пытались отговорить Петра III (это же делали некоторые гольштинцы), опасаясь восстания гвардии. Когда Петр III готовился к походу, в Петербурге произошел переворот, возглавленный его супругой Екатериной II. Дипломаты отмечали, что одной из причин переворота стало неуважение Петра III к Православной церкви. Проект союза Шлезвиг-Гольштейна с Россией мог бы быть успешным при уважении Петром III русских обычаев и веры (обратное в поведении этого монарха во многом стало следствием воспитания и влияния на него ряда представителей немецкой аристократии). Процесс "онемечивания" российской элиты зашел в тупик, а инкорпорация немецкой аристократии в русскую правившую элиту оказалась болезненной. Уния не требовала замены русских чиновников немцами; Гольштейн и Россия могли иметь свои правительства, но фактически начался захват гольштинцами и немцами в целом высшей государственной власти в Российской империи. Отсутствие четкого юридического механизма ограничения власти монарха привело к возможности такого произвола, какой происходил при дворе Петра III, и к дворцовым переворотам, в то время как русский конституционализм только формировался.
При получении прямого выхода в Северное море (фактически в Атлантику) Россия могла стать сверхдержавой в конце XVIII в., но неприятие Петром III русской культуры не позволило это сделать. И этот монарх слишком поторопился с походом против Дании, для начала ему надо было провести успешные реформы в России, чтобы получить поддержку в обществе и армии. Но, получается, реформы в России не являлись для Петра III главным вопросом в его политике. Этот монарх погиб из-за своего неприятия веры русских людей, несмотря на то, что он был крещен по православному обряду. Петр III не считал нужным соблюдать сложившиеся правила коллективного принятия решений, что широко практиковал уже Петр Великий. Петр III пренебрегал общественным мнением при подготовке своих внешнеполитических решений и реформ. Его преклонение перед всем прусским вызывало непонимание в армии, которая семь лет сражалась с Фридрихом II. Под союзом России с Гольштинией Петр III понимал фактическое присоединение последней к первой, и это сопровождалось введением в С-Петербурге чего-то похожего на оккупационную администрацию из состава немцев, в основном гольштинцев. Перечисленные причины и привели к свержению и гибели этого императора.
Литература:
- www.preussenweb.de/kriegc.htm
- Анисимов М.Ю. Российская дипломатия и Семилетняя война. М., 2021.
- Dassow J. Friedrich II. von Preussen und Peter III. von Russland. Inaug. Diss. Berlin, 1908. S. 26; Amburger E. Geschichte der Behördenorganisation Russlands von Peter dem Grossen bis 1917. Leiden, 1966. S. 64–65.
- Häusser L. Zur Geschichte Friedrichs II. und Peter III // Forschungen zur deutschen Geschichte. 1864. Bd. 4. S. 7.
